Курс ЦБ:
$61.9515, € 68.6856
Сегодня:
Среда
19 мая 2021 г.

Новости

07.08 По миру "плодятся" фальшивые продавцы Apple

06.08 Американский король спама сдался агентам ФБР

05.08 В Вологодской области будут судить чиновника по делу о томографах

05.08 Полицейские Невского района подвели итоги борьбы с незаконной игровой деятельностью

04.08 Следователи рассказали жуткие подробности убийства тульской семьи

04.08 Прокурор Тульской области: Предполагаемый убийца тульской семьи - интеллигентный молодой человек

04.08 В квартире убитой семьи в Туле проведут следственный эксперимент

02.08 По-глобальному, Петербургу не хватает "человекообразия"

02.08 На дне Балтийского моря нашли НЛО - выглядит почти в точности как космический корабль из "Звездных войн" (фото, видео)

02.08 Смерть огня

02.08 Всевидящее око на дороге

02.08 Алексей Смирнов: «Группа “Кафе” всегда была коллективом, близким к панку»

01.08 Компьютерные игры, с элементами насилия, изъяли с прилавков норвежских магазинов

01.08 Жители округа "Петровский" сожалеют, что так и не увидели газету с объявлением о выборах Матвиенко

29.07 Смерть огня


Рекламный блок:

Новости

Константин Бронзит: «Оскар» оказался слишком дорогим!
02 марта 2009 г.

Да, мультипликатор Константин Бронзит не получил «Оскара». Но все равно это была победа, потому что впервые за 81-летнюю историю «Оскара» питерский кинематографист попал в номинацию. И не получил он «Оскара» - в компании с Мерил Стрип, Брэдом Питом, знаменитыми режиссерами и операторами. Уникальный опыт Бронзита показал: чтобы номинироваться на  «Оскар», нужны талант и смелость. А вот чтобы его получить, нужно очень много денег. Об этом вернувшийся из Голливуда оскаровский номинант поведал «Фонтанке» в эксклюзивном интервью.

- Константин, как выглядела Ваша поездка за «Оскаром»?
 
- Все началось в Сан-Франциско, где находится несколько известных студий. Мы, то есть пять номинантов, которых собрали продюсеры для Oscar Show Case Tour, на следующий день после приезда посетили студию «Пиксар». Сначала там показывали нашу программу – фильмы всех пяти номинантов. Потом нас выводили на сцену и задавали вопросы прямо из зала. Нужно это было потому, что еще не было завершено голосование, а на этих студиях работает много членов Оскаровской академии. Нам задают вопросы, потом мы целуемся, торжественно жмем друг другу руки и идем на экскурсию по студии. Кстати, на всех студиях закон один – на первых этажах зданий фотографировать можно, на  втором – нельзя. Там уже свои секреты.

- И что же Вы такого секретного увидели?


- Ничего особенного. Рабочее место мультипликатора точно такое же, как у нас. Мониторы разве  побольше. На вторых этажах выставки работ – эскизы, раскадровки, «фоны». Причем выставлены материалы уже отработанные – «В поисках Немо», «Суперсемейка».

Затем повезли нас на ранчо Джорджа Лукаса.  Коров и продуктов их жизнедеятельности там нет. Гигантское землевладение, где, кроме всего прочего, располагается гостиничный комплекс «Скайуокер». Комплекс домиков, где каждый номер носит название какого-то деятеля культуры. Например, есть номер «Сергей Эйзенштейн». Мне же попался - «Поль Робсон», где повсюду висели его фотографии. Очень красиво и респектабельно.  Интересно, что приезд и проживание номинантов на «Оскар» осуществляется за собственный счет. А тут мы были гостями продюсеров…

Гостевые домики - для тех, кто приезжает на ранчо Лукаса работать на каком-то проекте. Простой турист туда не попадет. Здесь же располагается студия звукозаписи. Нас туда повели на следующий день. Пешочком, через еще не созревшие виноградники. Это гигантский звукозаписывающий павильон, где делается звук для всех проектов Лукаса. Туда  можно «нагнать» симфонический  оркестр. Сотни микрофонных стоек, гигантский экран, масса работающего народу, парковка. Нам показали демо-ролик  работ студии и сказали, что здесь пишется лучший звук в мире. Так они себя позиционируют, и это близко к истине. В метрах ста пятидесяти от студии стоит дом самого Лукаса. По первому этажу нам устроили экскурсию, а на второй нельзя – там его почивальня.  Все блещет, но меня умилило, что там же в холле, в витринах лежит реквизит из фильмов Лукаса и в том числе из последнего фильма про Индиану Джонса – хрустальный череп, шляпа и хлыст Индианы.  У Лукаса большая библиотека, где работают специальные тетеньки. Библиотека замечательна тем, что туда может обратиться любой человек.

- Так где же был сам хозяин?

- Из дома  нас повезли на студию Industrial Light & Magic, которая принадлежит Лукасу и занимается спецэффектами. И вот там нас встретил сам Лукас. Оказался очень маленького роста. Вышел, со всеми поздоровался и минут пятнадцать пообщался – сначала все немного пошутили, а потом он увлекся рассказом о некой компьютерной программе, которая посвящена тому, как сократить расстояние в производстве фильма между раскадровкой и непосредственно съемкой. Они бьются над тем, чтобы раскадровка проходила едва ли не в режиме реального времени. Подробности я не очень понял, хотя передо мной стоял и распинался Джордж Лукас – мой английский, к сожалению, не идеален. Суть в том, что с помощью этой программы то, что у нас, на студии «Мельница» занимает месяц, американцы могут делать за две минуты. Вот как мы отстали… 

- Не захотелось сбежать в Америку?

- Может, я ненормальный, но такой соблазн не посетил. Это все равно машина, завод. Мне это будет интересно максимум полгода, потом начну проситься домой.

- А что же показывали другим номинантам? Мастер-классы передовиков голливудского производства?


- Им ничего не показывали. То, что американские продюсеры устраивают для мультипликаторов -  уникально. Никто ничего не скрывает, «добро пожаловать». Потому что это тесное сообщество. Ни в какой другой категории для номинантов такого не делают. Актеры, режиссеры приезжают за два-три дня, встречаются на церемонии, где смотрят с ненавистью друг на друга. Потом кто-то из них получает «Оскара», и все разъезжаются. А мы успели сдружиться – за десять дней профессионального общения.

- Расскажите о проходе по  красной дорожке!


- Это кайф. 17 февраля, в Лос-Анджелесе, в кинозале Samuel Goldwyn, в родном доме Академии, происходит торжественный просмотр фильмов для зрителей. Причем билет стоит смешные деньги – что-то вроде пяти долларов. Все желающие могут отстоять в очереди и купить билеты. Там должны присутствовать все номинанты. Вот тогда я почувствовал себя оскаровским счастливчиком. Вспышки фотокамер, тебе суют микрофоны, что-то спрашивают, снимают на фоне гигантских статуй «Оскара». Детский кайф! Дальше просмотр фильмов, потом создателей  выводят на сцену, и ведущий задает вопросы. Замечательный вечер.

- Что им было интересно?

- Довольно банальные вещи, и на всех студиях почти одно и то же – откуда взялось вдохновение,  почему фильм получился именно таким? Спрашивали о размере бюджета. Как стал мультипликатором?
А за два-три дня до вручения, там же, в здании Академии, нам раздали все необходимые  документы – билеты на церемонию, билеты на афтепати. Все с голограммами, которые потом просвечивали. Не подделаешь. Вручили билеты на машину, указали маршрут следования, потому что  вокруг «Кодак театра» все перекрывается.

- И вот сама церемония… Звездный час!

- Знатоки утверждали, что в день церемонии желательно ничего не делать. Ведь предстоит длинный трудный вечер, и ты должен быть в форме. Поэтому нужно полное расслабление. Я так и поступил, и понял, что это правильно. Красная дорожка начинается после перекрестка Голливуд-бульвара и еще какого-то. До нее надо доехать на машине. Причем для лимузинов там подъезд с одной стороны, для обычных  машин – с другой. Лимузины я прошляпил – когда  сунулся в прокат, выяснилось, что уже разобрали.  Ну, расстраиваться особенно не стал. Поэтому мы – я, жена, автор идеи к моему мультфильму Дима Высоцкий, и наш друг и коллега Ренат, у которого мы остановились, поехали на старом американском бьюике. Причем у бьюика не открывалась задняя правая дверь. Это было прикольно –  перед красной дорожкой нашу дверь пытались открыть, но не тут-то было. 

- Вы приехали задолго до начала?


- Сама церемония начинается в семнадцать тридцать, но, конечно, мы приехали пораньше, чтобы почувствовать атмосферу. Знатоки нам советовали при проходе по красной дорожке не спешить. Охрана вас будет торопить, но вы не обращайте внимание. Гнать вас никто не будет! Это ваш звездный час! Кайф мы почувствовали еще на подъезде к красной дорожке.  Вообще,  Голливуд-бульвар это такая Дерибасовская – широкая,  довольно зеленая улица. Перед  церемонией ее перегораживают, движение только по центру, через каждые пять метров стоит по паре полицейских, а вдоль улицы – зеваки и туристы. Им все равно, кто едет. Они меня не знают, но все равно фотографируют и машут ручкой. Ты машешь ручкой в ответ. При этом все улыбаются. Праздник начался!  Все машины останавливают, просят открыть багажник и проверяют миноискателями.  Все это, правда, делается с улыбкой. Перед перекрестком нас высаживают, и увозят машину в подземный гараж. Мы выходим, и тут вокруг все начинают визжать и свистеть.  Они понимают, что мы не звезды, но важен сам процесс. По одну сторону от дорожки пресса – у них прожектора, они с микрофонами, ждут звезд. С другой – амфитеатр, где сидят зрители с фотоаппаратами. Я сначала подумал, это вип-места, которые стоят больших денег. Потом мне объяснили, что это места для обычных зрителей, которые, чтобы их занять, ночуют здесь в спальных местах. Уже когда мы дошли до  середины дорожки, случился смешной эпизод. Кто-то приехал, об этом объявили по громкоговорителю, секьюрити повернулся  к трибунам и показал  табличку с надписью «аплодисменты». Трибуны взорвались аплодисментами. Оскар-шоу!

- Кого из селебрити вы видели?


- На красной дорожке мимо нас продефилировал Валентино с бойфрендом. Шел с довольно скучающим видом.  

- Давно хотела спросить: что делается в зале, когда телезрители смотрят рекламу?

- Как только рекламная пауза, все встают и начинают общаться. Вы можете встать, выйти в бар,  пойти покурить. Но имейте в виду: если не успели вернуться, придется ждать до следующей паузы. Будь вы хоть Джорджем Лукасом! Во время шоу по залу ходить запрещено. Если в зале есть свободные места, буквально за пару секунд до начала включения вбегают подсадные утки –  волонтеры, одетые в смокинги и вечерние платья. Потому, что на «Оскаре» не должно быть свободных мест. Это обычные люди, которые специально приходят перед началом церемонии, им дают одежду, на ней наклеены специальные карточки. Денег за это не получают, зато удовольствия - море. Как только ты возвращаешься, они освобождают твое место. Это очень удобно потому, что дает возможность тусоваться. 

- Вы не ставили цели завести новые знакомства? Если не во время церемонии, то после нее…

- К сожалению, не случилось. Всем, кто приходит на церемонию, дают билеты на бал, но звезды уровня Шона Пена там не тусуются. У них свои вечеринки. Каждая компания, вроде «Уорнер Бразерс», устраивает свой праздник, и все они там. Вот если бы я получил «Оскара», для меня это было бы пропуском. Тогда бы я мог пойти куда угодно и затусоваться с Шоном Пеном.

- Стало традицией  говорить о том, что сама церемония весьма скучна. Драйва и интриги в ней нет… У Вас какое  впечатление?
 
- Два раза были моменты, когда мурашки по коже бегали не только  у меня – во время  объявления номинаций на «лучшую мужскую» и «женскую роль». Помните, сначала опустились пять экранов, и показали тех, кто будет вручать «Оскара». Потом экраны поднялись и вышли люди, которых мы видели на пленке. Когда появились София Лорен, Холли Берри, Николь Кидман, Марион Котийяр, это выглядело  потрясающе. Они в десяти метрах от вас, зал встает, потому, что  сидеть невозможно…  То же самое произошло, когда награждали за лучшую мужскую роль.

- После  присутствия на церемонии у Вас появился азарт – получить «Оскара» во что бы ни стало?


- Есть такое спортивное ощущение! Более того – меня это немного беспокоит, потому, что может помещать работе. Это трудно, но надо забыть. Потому, что «Оскар»  - невероятный азарт, хочется повторения.   

- В игровом кино существует набор признаков «настоящего» оскаровского фаворита… Вам удалось сформировать для себя этот набор для анимации?

- Как  показывают предыдущие годы, ничего не просчитаешь. Например, французский фильм про осьминожек, который номинировался на «Оскар» вместе со мной, один в один похож на фильм, что взял «Оскара» несколько лет назад.  Просто кадр в кадр. За такое кино тогда давали «Оскара», а теперь – нет. Каждый раз не угадаешь. Это хорошо, потому, что чувствуешь себя свободным, а не просчитываешь успех.

- Но все-таки есть какие-то необходимые условия для получения «Оскара»? Вроде победы на фестивалях…


- Я тут получил очень странное письмо. От весьма серьезного американского агента, который предлагает свои услуги по продвижению наших мультипликационных фильмов на их рынок.  Вот сделали мы фильм, и в течение года этот агент занимается промоушном  – публикует материалы в разных  изданиях. За короткометражку берет три с половиной тысячи в месяц. За услуги как таковые. Из его письма фактически выясняется, что без всего этого «Оскара» практически невозможно получить. Там же в письме приписка: «Я снимаю шляпу перед мистером Бронзитом, за то, что он оказался в номинации без всего этого». Такое письмо, с одной стороны, читать очень приятно, с другой, оно расстраивает: потому что понятно – в таком случае нам «Оскара» никогда  не видать. Это процесс, который стоит больших денег. Мы его никогда не получим  потому, что никакая российская студия себе оплату услуг такого рода не может позволить.

- А как же Александр Петров? Он ведь оскароносец!


- Правильно. Петров номинировался четыре раза.  Но получил  «Оскара»  с канадским фильмом. А у канадцев есть деньги на промоушн. Так что прорваться очень сложно, хотя теперь понятно, как это делается.


Елена Некрасова, «Фонтанка. ру»


 
В Контакте
0
   

» к списку


 

Читайте также


© www.jetway.ru 2003-2008. При использовании материалов гиперссылка на www.jetway.ru обязательна. E-mail: info/Ф/kotlin.ru, Карта сайта